Зов неведомых просторов


Западная Сибирь 1974 г.

ДНИ ТРЕВОГ И ОТКРЫТИЙ
Николай Тарасов
Действительный член
Географического общества

Первопроходец и писатель Олег Куваев так сказал о Крайнем Севере: «Эти края загадочны, как далекие звезды. Но, в отличие от звезд, их можно достичь, открыть и познать...» Такой загадочной звездой долгие годы была для меня величайшая равнина планеты - ЗападноСибирская. Та огромная часть ее, что заключена между Обью и Енисеем. Человек бывал там не везде.

- Это - самая «мокрая» суша земного шара; десятки миллионов гектаров переувлажненных земель иссечены реками и речушками, среди которых сверкают бесчисленные блюдца озер, темнеют бугристые торфяники, переливаются зловещие трясины. Междуречье Оби и Енисея - незавершенный эксперимент Природы - несостоявшийся океан. Это - царство гнуса и одни из самых труднодоступных и малоисследованных районов страны. Край без троп. Край неведомых просторов.

Над затопленной равниной, посередине ее, своеобразным мостом, соединяющим Урал с Енисейским кряжем, протянулись с запада на восток невысокие Сибирские Увалы: они сравнительно недавно нанесены на карту. По Увалам проходит южная граница вечной мерзлоты. С них берут начало все основные реки Севера Западной Сибири. Пур, Таз. Надым текут к Северному Ледовитому океану, густая сеть более малых рек - в Обь и Енисей, На Верхнетазовской возвышенности лежат мало кому известные истоки 1400 - километрового Таза; его верховья на сотни верст безлюдны...

Зов неведомого края сильнее зазвучал в моем сердце после знакомства с Борисом Николаевичем Лихановым, руководителем экспедиции Института географии АН СССР в бассейн реки Таза (1964 – 1966 гг.). Человек, влюбленный в «край без троп», понимал, что одна его экспедиция не в состоянии была дать ответ на все загадки Таза. И ему хотелось, чтобы мы, опытные туристы-водники, продолжили его дело.

Было ясно, что достичь Таза лучше всего с обжитых берегов Оби, из Нижневартовска и Мегиона. Нефтяники и геологи Приобья охотно согласились помочь: дали вертолеты, чтобы десантировать нашу первую экспедицию. Место высадки мы рассчитали в Москве. Это был участок Сибирских Увалов, где начиналась Поколька, левый приток Таза. Плацдарм находился в точке пересечения истока Покольки с границей между Ямало-Ненецким и Ханты-Мансийским автономными округами Тюменской области. Было сомнение: не в болотах или озерах лежит намеченное место? Ответа никто дать не мог.

«Я много лет провел в Арктике и знаю цену труда первооткрывателей и исследователей, - сказал легендарный Папанин, напутствуя нас. - Район работы экспедиции журнала «Турист» малоисследованный и труднодоступный. Но, несомненно перспективный. Ваша экспедиция станет проверкой мужества и спортивного мастерства. Она послужит науке и положит начало важному патриотическому делу - экспедиционному туризму..» Сказано это было в марте 1974 года в Московском филиале Географического общества. А через три месяца...

Жарким утром 9 июня два Ми-4 покинули Нижневартовск и легли на курс к верховьям Таза. Позади остались серая лента Оби, смоляная гладь Самотлора, окаймленная чадящими факелами попутного газа. Недолго виднелись следы человека: белесые нитки дорог, ажурные буровые вышки. Неизведанная ширь междуречья Оби и Енисея раскинулась под нами. Пульсируют жутким блеском тысячи озер; они рассыпались серебром монет по пузырчатым трясинам. Клочки суши с чахлым лесом кажутся крохотными заплатами. То и дело настороженно поглядываем в иллюминаторы. Все та же тревожная картина. Случись ЧП, сесть негде. Второй час полета на северо-восток. Теперь все чаще попадаются плоские перемычки между озерами, все чаще лесистые горбатые гривы. Они то вытягиваются в прерывистые цепи, то тонут в ядовитой зелени болот. По времени Поколька недалеко. 
— Невесело? — возникший сзади бортмеханик кивает на иллюминатор. — Командир предлагает повернуть на юг. Там есть сухое место. А уж оттуда, как-нибудь... 
— Нет. Это невозможно. Понимаете, это все равно, что не дойти нескольких метров до заветной вершины... Только вперед! 
— Тогда... командир дает вам... десять минут... — Бортмеханик для наглядности растопыривает пальцы, — Всего десять! Решайте... Десять минут — это немало километров. Летим! Не отрываясь, гляжу в иллюминатор, поглядываю на часы. Что-то очень быстро бежит стрелка. Пошла третья минута. Вода. Болота... Шестая, седьмая — все тот же потоп. И...девятая. Тут вертолет вздрогнул. Пошел вниз, потом взмыл. Не авария ли? Но Ми-4 закладывает вираж. Что Сеньков делает?! Ведь еще больше минуты! Глянул вниз и не поверил глазам. Под нами разворачивался раздольный сухой, лесистый увал. Призывно серебрился ковер ягельника, качались редкие сосенки, стальной змеей извивалась между желтых яров река. Это Поколька! Вот и озерко рядом, зигзаг ручейка. Все точно! Борт А. Н. Гузова, летевший первым, уже сел. Из-под сверкающего диска вращающихся лопастей выбегают люди. Они споро готовят площадку для нашего вертолета, который так осторожно вел А. И. Сеньков... Так был (10 июня 1974 г.) открыт Базовый лагерь. Отсюда начинались почти все тазовские экспедиции. Об этом свидетельствуют Памятные доски, установленные рядом со Знаком (металлическая пластина — увеличенная копия значка журнала «Турист» — перо журналистов, трансформированное в туристскую палатку). Вспомним трудные пути, дни тревог и открытий.

Комментарии

Популярные

Открытие Географического центра Российской Федерации

Золотой цветок России

Научно-спортивная экспедиция им. И.Д. Папанина